Новости

Почему лососевая путина 2022 в ДФО вновь оказалась под угрозой срыва

Николаевская-на-Амуре межрайонная природоохранная прокуратура вынесла представление трем рыбодобывающим предприятиям, которые в минувшем сезоне работали на промысле лосося в Сахалинском заливе. Причина — отсутствие положительного заключения государственной экологической экспертизы (ГЭЭ).

Новость вызвала стойкое ощущение дежавю. Год назад «Российская газета» уже писала о правовой «западне», в которую угодили сахалинские рыбаки. Тогда против них возбудили десять административных дел за отсутствие все той же ГЭЭ при промысле тихоокеанских лососей на морских рыболовных участках. А в 2018 году на Камчатке дело дошло даже до судебных процессов.

— На Дальнем Востоке формируется негативная практика привлечения юридических лиц, осуществляющих промышленную добычу анадромных видов рыб на морских рыболовных участках, к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 8.4 КоАП РФ, то есть за невыполнение требований законодательства об обязательности проведения государственной экологической экспертизы, — считает председатель Ассоциации добытчиков лососей Камчатки Владимир Галицын.

При этом рыбаки признают формальную обоснованность позиции прокуратуры. Согласно федеральному закону № 174 от 23.11.1995 года «Об экологической экспертизе» документы хозяйствующего субъекта должны быть исследованы для установления соответствия экологическим требованиям.

— Мы должны следовать букве закона, — согласен президент Ассоциации рыбопромышленных предприятий Сахалинской области Максим Козлов.

Однако букв в законе явно не хватает, в итоге каждая сторона понимает его по-своему.

Николаевский-на-Амуре межрайонный природоохранный прокурор Георгий Кулыгин ссылается на целую группу нормативных актов: федеральные законы № 187 от 30.11.1995, № 155 от 31.07.1998 и уже упомянутый ФЗ-174. И подчеркивает, что промысел рыбы и морепродуктов без положительного заключения ГЭЭ является нарушением вышеназванных законов.

— При этом наличие разрешения на право добычи водных биологических ресурсов и лицензии на соответствующий вид деятельности не освобождает хозяйствующий субъект от обязанности получить положительное заключение государственной экологической экспертизы, — указывает он.

Никаких сомнений в правоте надзорных органов у рыбаков не возникает, когда речь идет о водных биоресурсах, на которые устанавливается общий допустимый улов (ОДУ). Для таких объектов промысла ежегодно проводится данная процедура. Более того, ГЭЭ является обязательной частью утверждения ОДУ.

— Этой работой занимается уполномоченный орган Росрыболовства: готовит материалы, подает их в минприроды. Ведомство в свою очередь организует экспертизу, общественные обсуждения, — объясняет президент Ассоциации предприятий рыбной отрасли Хабаровского края Сергей Рябченко. — Хотя порядок уже отработан, все равно ГЭЭ — это затяжной, трудоемкий, финансовозатратный процесс, он длится, как правило, два-три месяца.

Возможно, при добыче «неодуемой» морской капусты пара-тройка месяцев погоды не делают. Иное дело красная путина. Объемы вылова анадромных рыб определяются и распределяются незадолго до ее начала. А в разгар лососевой эти объемы еще и корректируются в зависимости от реальной обстановки, причем не раз.

Однако ФЗ-174 предусматривает, что на момент подготовки материалов для ГЭЭ у предприятия уже есть точные сведения об объеме ресурса, который рекомендован для освоения в данном году. Более того, проведение экспертизы без предоставления информации об объемах вылова невозможно. Вот только цифры у рыбаков появятся примерно за месяц до старта промысла, и уж ждать два-четыре месяца, пока провернется бюрократический механизм и на свет появится ГЭЭ, лосось точно не будет.

Но если даже каким-то чудом рыбаки успеют получить положительное заключение экологической экспертизы, при любой корректировке объемов улова документ сразу теряет юридическую силу.

«Соответственно, в период путины неминуема остановка работы рыбохозяйственных организаций во избежание административной ответственности за отступление от проектной документации», — такой вывод в обращении к главе минсельхоза сделал Координационный совет общественных рыбохозяйственных организаций Дальнего Востока.

Ведомство встало на сторону рыбаков. В Министерстве сельского хозяйства РФ указали, что экологическая госэкспертиза «осуществляется в отношении материалов ОДУ, и этому принципу также соответствует многолетняя практика применения положений об ГЭЭ, которая проводится исключительно в отношении общих допустимых уловов».

— Несмотря на тот факт, что в ФЗ-174 установлен открытый перечень объектов экспертизы, его положения не могут противоречить иным федеральным законам, тем более основополагающему федеральному закону отрасли — «О рыболовстве», — отмечал Евгений Кац, руководивший департаментом регулирования в сфере рыбного хозяйства и аквакультуры (В 2021 году подразделение в рамках оптимизации госаппарата было ликвидировано. — Прим. ред.). — Считаем, что требование ТУ Росприроднадзора и иных надзорных органов о проведении ГЭЭ документации по осуществлению рыболовства как вида хозяйственной деятельности базируется на некорректном правоприменении положений природоохранного законодательства, законодательства о экологический экспертизе и законодательства о рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов.

Нелишне напомнить, что в стране действует «регуляторная гильотина», и предъявление дополнительных обязательных требований к бизнесу никак не вяжется с этим механизмом.

В качестве вишенки на торте добавим, что законодательство о ГЭЭ распространяется не только на предприятия, ведущие промышленное рыболовство, но и на общины КМНС, организации рыбохозяйственной науки и даже рыболовов-любителей. То есть горожанин, вышедший на набережную в Хабаровске со спиннингом, но без заключения госэкспертизы, — потенциальный нарушитель.

Координационный совет общественных рыбохозяйственных организаций Дальнего Востока полагает, что сложившаяся правовая коллизия и отсутствие механизма получения положительного заключения ГЭЭ в разумные сроки создают предпосылки для коррупционных проявлений. Выход один — внесение изменений в законодательство и исключение из него вида хозяйственной деятельности «рыболовство».

Впрочем, к этому решению рыбаки призывают уже не первый год.

Текст: Татьяна Дмитракова

Назад в ленту спроса